— Цилечка, дорогая, что у нас на ужин?

— Очень ленивые голубцы.

— Что это?

— Капуста на лоджии, фарш в морозилке.

***


Еврей из Бердичева приехал в Одессу, нанял извозчика и попросил довезти на Дерибасовскую.

— Садись! — сказал извозчик.

Тот сел, они поехали. Вдруг извозчик говорит:

— Слезай!

— ?

— Видишь, дорога пошла вверх! Надо поддержать повозку — вдруг лошадь не выдержит.

Слезли. Подтащили повозку на гору. Пассажир сел, только проехали метров сто, извозчик говорит:

— Слезай! Видишь, дорога круто вниз пошла...

Слез. Поддержали. Спустились. Пассажир сел. Проехали метров сто. Извозчик:

— Слезай!

— ?

— Приехали!

Пассажир:

— Я понимаю, зачем я брал тебя — хотел доехать. Я понимаю, зачем ты брал меня — хотел заработать. Но зачем мы брали лошадь?

***


Купершмидта вечер пятницы застал в Пшемысле у родственников, и его пригласили поужинать. На столе стоит блюдо с замечательным заливным карпом. Родственники спрашивают гостя:

— Что поделывает мама 3ося?

— Она умерла, — отвечает Купершмидт и, пока женщины рыдают, а мужчины грустно покачивают головами, берет себе огромный кусок карпа с самой середины.

А на стол тем временем подают фаршированного гуся с клецками. Дамы уже немного успокоились и спрашивают:

— А как дела у папы Йоси?

— Утонул, — сообщает Купершмидт. Дамы опять начинают плакать, а гусь кусок за куском перемещается на тарелку Купершмидта.

Вносят яблочный штрудель с хрустящей корочкой.

— Что поделывает Йосина теща? — интересуются дамы.

— Умерла от старческого слабоумия, — говорит Купершмидт и принимается за штрудель.

На этот раз он наталкивается на возражение. Один из гостей вмешивается в разговор:

— Вы ошибаетесь! Я только вчера видел эту даму на променаде в Карлсбаде здоровой и бодрой.

— Может быть, — равнодушно отвечает Купершмидт, — когда я ем, все остальные для меня — покойники.

***


Эта история действительно произошла в начале Второй мировой войны в одном из лондонских призывных пунктов. Еврей-беженец из Германии решил пойти добровольцем в армию.

— Как ваше имя? — спрашивает его английский полковник.

— Вильгельм Адольф Дойч.

— Вы, наверно, немного преувеличиваете?